— Полагаю, это полный успех, мистер Кэндимен, и он принёс мне огромную порцию удовольствия.

— Вполне допускаю, сэр, — говорит толстяк в отельном кресле. — Что теперь нужно — суметь вернуть орган. Нельзя допустить, чтобы его вывезли из города.

— Не самое сложное задание, в конце концов.

— Есть одна вещь, которую я усвоил, доктор, что простота – это чистая доска, которую в обязательном порядке забрасывают и поносят с галёрки. Пора отправляться назад, сэр, — не хочу, чтобы Туров там лез в разговоры и вмешивался в ситуацию.

Дверь с шумом распахивается и ошарашенный Туров вваливается внутрь.

— У меня кровь идёт носом, — рыдает он, потом видит ДеВорониза и замирает. — А он что здесь делает?

— Доктор ДеВорониз как раз собрался уходить, мистер Туров.

ДеВорониз низко кланяется. — Успехов, — хрустит он и выходит, не разгибаясь. Он движется со скоростью размножения столов. Проходя мимо Джоанны в дверях, он склоняется ещё ниже и исчезает.

— Чего тут бродит эта тварь? — спрашивает Туров, вздрагивая. — Он напоминает мне насекомое, что лишь снаружи кажется мёртвым.

— Неотразимая метафора, сэр, и более точная, чем вам кажется. ДеВорониз настолько умён, что едва может разгуливать без толкователя. В любом случае, мы скоро снимаемся в другой отель. Но как прошло ваше задание — этот Атом принял наше предложение?

С сузившимися зрачками Туров промокает лоб надушенным платком.

— Принял? Нашему предложению обрадовались, как летучей мыши на фабрике липучек. Офис Атома — чёртова комната ужасов. Джоанна утверждает, что его укусила собака, и я склонен ему поверить. Представляете, против нас выставили жёсткое шутовство. Мы стремительно скрылись — моя честь задета, вы же понимаете. Этот слабоумный идиот думает, что выходить из машины на ходу и бежать, в то время как она продолжает двигаться — мудрое решение.