— Хорошо начинаем, сэр. Вы успели надеть штаны. Добро пожаловать, присаживайся. Достойное сожаления применение силы, чтобы доставить тебя сюда — приношу извинения за всех четверых. Но он не шевелится, как, впрочем, и Атом. — Разборки весьма неточная наука. Почему, интересно, Туров уверен, что у тебя были, скажем так, грубые посетители, которые набедокурили в офисе.

— Допускаю.

— Допускаешь. Хмм. Другая заинтересованная команда?

— Термидор.

— Термидор. — Кэндимен хмурится, некоторое время молчит. — Как жаль. — И вот он вновь улыбается. — Ладно, присаживайтесь, сэр. Где один, там и все, и я поздравляю вас, сэр, — вы сумели устроить мистеру Турову мировой крышесъезд. Вы обязательно должны рассказать мне, как вы это сделали. Хотя, готов спорить, понадобится больше двух челюстей, чтобы обсудить эту разновидность правды.

Джоанна пятится назад с изящностью камня Стоун-хенджа, а Туров усаживается в угловое кресло. Атом сидит на кушетке напротив Кэндимена. Он принимает предложение выпить.

— Я с неохотой отвечаю на высказывание с таким количеством возможных последствий.

Кэндимен издаёт лающий смешок.

— Ах, вы мой тип человека, сэр. Нужен кто-нибудь твоего калибра, чтобы заподозрить значение византийской генеалогии, до сего дня прослеживаемой исклю-чительно мной и несколькими избранными. Интересно, знаете ли вы, насколько вы правы. Насколько близко ты подошёл к шокирующим фактам. Вопрос, сэр: когда ограбили ваш офис, объект унесли? Объект немалой торговой ценности?

— Немалой.

— Нечто полусознательное с технологической поддержкой.

— Некоторым образом.

— Ты заберёшь его для меня, при удобной и угодной возможности.

— С какой радости?

— Возможно, ты сомневаешься в моей искренности.